Михайловой Л.А.

Подсудимого Матвеева Д.В.

Х О Д А Т А Й С Т В О     №   23     (на 18 листах)

ТРЕТЬЕ  ХОДАТАЙСТВО ПО ОДНОМУ И ТОМУ ЖЕ ВОПРОСУ

В ходе судебного заседания по уголовному делу в отношении Матвеева Д.В., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 117 УК РФ допрошен ряд свидетелей стороны защиты: Галиуллин Ф.С., Галиуллина Н.М., Матвеева В.М. и Матвеева Э.Ф. Указанные свидетели показали, что в период с  конца ноября 2008 года по июнь 2009 года неоднократно встречались с Газизуллиным Ф.Р. с целью обсуждения путей выхода из конфликтной ситуации, возникшей в связи с уходом из семьи Матвеевых Газизуллина Тимура. В ходе этих встреч, Газизуллин Ф.Р., согласно показаниям свидетелей, неоднократно оказывал психологическое  воздействие на них (свидетелей) с целью принуждения Матвеева Д.В. к даче показаний в его (Газизуллина Ф.Р.) интересах.
Также из показаний перечисленных свидетелей следует, что после заключения Матвеева Д.В. под стражу, Газизуллин Ф.Р. усилил давление на Матвеева Д.В. через родственников.

Газизуллин Ф.Р. шантажировал Матвеева Д.В.  возможностью изменения меры пресечения в случае дачи необходимых Газизуллину Ф.Р. показаний.
Оказание  психологического воздействия на меня, как на обвиняемого подтвердил в суде  и я - Матвеев Д.В., пояснив, что вынужден был, под давлением со стороны Газизуллина Ф.Р., оговорить себя, чтобы оказаться на свободе.

Таким образом, судом выявлены данные указывающие на наличие в действиях Газизуллина Ф.Р. признаков преступлений, предусмотренных

ч.1ст.302,ч.2ст.309УКРФ.
В соответствии с требованиями УПК РФ должностные лица правоохранительных органов обязаны проверить сообщение о любом совершенном преступлении, при этом проверка сообщений и заявлений об указанных преступлениях не относится к компетенции суда.

Привожу ниже лишь часть свидетельских показаний:

Выписка из расшифровки аудиозаписи судебного заседания от     15 октября 2009 г, проведенной стороной защиты.

Галиуллина Н.М.Г.: Да, да. Потом Фарит Рафикович… мы 1 июня в день защиты детей, мы с детьми поехали в город, и как раз Эля раньше нас уехала. Я говорю: «Эля мы с детьми едем, где ты?» -  «Мама подъезжайте туда-то, тут как раз Валентина Ивановна (это мама Димы) встречается с Фаритом Рафиковичем.» Я тоже его давно не видела, я говорю хорошо, тогда мы подъедем. И как раз зашли, и как раз Валентина Ивановна общалась с Газизуллиным Фаритом Рафиковичем. Мы подошли, Фарит Рафикович, конечно, не ожидал. Ну всё, пожалуйста мы присели. Фарит Рафикович нас, как бы. Ну, я говорю: «Фарит Рафикович ,что случилось такое? Ну, как-то выделиться, как человек такой уже. Что такое случилось, как это так? Всё нормально было». – «Ну, я не знаю, Тимур не захотел жить с ними, не хочет». Я говорю: «Почему с нами он не общается, почему? Мы-то ведь ему ничего не сделали, ладно там что-то там в семье Матвеевых. А нам почему?» - «Нет, сейчас он не хочет, не надо его травмировать, вот,  немножко пройдёт время, он успокоится, он и с вами будет общаться». Я говорю: «Ну, а что нам делать?» Он говорит: «Знаете что, я могу что посоветовать. Знаете, вы его уговорите, пусть он всё признается, то, что он делал как бы. Всё. Пусть признается, попросит прощения. И всё, его через 2 часа отпустят». Я говорю: «В чём признаться, Фарит Рафикович, в чём? Дима, не было такого, не могла быть вообще. Ну, Тимур ведь у нас на глазах, такого не было, как так?» - «Ну, это мой совет. Там говорит соберутся адвокаты, решат это всё и его выпустят». Я говорю: «Ну как это так?» Я говорю и Валентина Ивановна. Я уже его и по-татарски, как бы его подпрячь, но так же не бывает.  Как это так он признается, чего не было, и его сразу отпустят. Наоборот я говорю, если что-то было, я говорю логики никакой нет. Вот его слова. Потом Луиза всегда мне говорила: «Мама, что там Эля? Вот Диму, если по этой статье его посадят, его там отпустят, он неделю не будет жить». Это всегда шло давление на нас, на меня, на Элю. Я не знаю, Эля говорила или нет,  но она мне говорила: «Мама ты знаешь, Дима там неделю не выдержит, там и опустят и всё. Оттуда говорит нормальными не выходят»... Даже могут вплоть до. И убить могут. Это вообще страшные вещи такие. Конечно, для нас это было очень тяжело слышать. И было бы за что,

Выписка из расшифровки аудиозаписи судебного заседания от     28 октября 2009 г, проведенной стороной защиты.

МатвеевД.В.: Нет, я снял возражение. У меня вопрос. Знаете какой, уточнить. Я слушаю внимательно, тем более я уже слышал об этих ситуациях, которые вы рассказывали про Максяшина.

Судья: Я рассказывала? Я Максяшина никогда в глаза не видела.

Галиуллина Н.М.Г.: Я наверно.

МатвеевД.В.: Я хочу еще уточнить. Вот вы рассказывали про ваш разговор с Максяшиным. Вот из этих вопросов, которые вам задавали судья и прокурор, получилось так, что Максяшину был звонок сверху, чтобы он как-то вас воспринял. Еще раз расскажите поподробней.

Судья: Нет, вы не правильно поняли.

МатвеевД.В.: То есть, расскажите прямую речь его, вашу.

Галиуллина Н.М.Г.: Я поняла, что это заявление, которое поступило на обвиняемого. Он мне сказал, что мы такие заявления вообще не рассматриваем, у нас есть дела более серьезные. Если бы не звонок сверху, вы бы это давно не рассматривали и отправили по другим инстанциям. Но тут мы не можем ничего сделать, потому что это не от нас зависит, вот он сказал. Как не от вас, вы же следователь, вы же не просто рядовой, вы же имеете какие-то полномочия. Он говорит, вы знаете, вы забываете, где вы живете, в России все возможно. Это не федеральный суд, который по телевизору показывают. Здесь говорит все, но я не хочу терять работу, у меня семья, вот его слова.

Судья: Этим он с вами поделился.

Галиуллина Н.М.Г.: Для меня это было удивительно.

МатвеевД.В.: Таких много разговоров было, ваша честь, вам еще много кто расскажет про такое.

Судья: Пускай рассказывают. Тогда вызовем Максяшина.

Галиуллина Н.М.Г.: Можно я еще дополню, я ничего не говорила про свою дочь, ведь она мать троих детей. Сейчас уже и четверых, потом она бы не допустила

Судья: Вопросы есть дополнительные?

МатвеевД.В.: Есть вам еще, что рассказать по этой теме?

Судья: По существу предъявленного обвинения.

Галиуллина Н.М.Г.: Да, я бы хотела. У моей дочери муж Матвеев Дмитрий. Если бы творились вот такие безобразия, стала бы она рожать Аркадия, ну ладно Аркадия, она бы стала удочерять девочку из детского дома? Их надо за это просто поощрять, что находятся такие люди, которые берут детей. Сейчас эту девочку не узнать. Это особая благодарность этим людям, что они такое сделали, они не перед кем, они для себя взяли. Слава богу, что они такие дела делают. Нормальная обстановка была, если бы плохая была, разве бы она сделала это? Это о чем говорит? Значит, обстановка в семье нормальная была. Ни одна мать, ни одна женщина на такое не решиться. Потом Газизулин при встрече тогда у Киевского вокзала, он на дочь мою говорит: «Вот ты обвиняешь своего сына, что он больной, такой, сякой. Ты такая сякая». Это про Элю, вот такие какие-то реплики сказал. Я говорю Фарит Рафикович, причем тут Эля, это ведь не со слов, с документов, с медицинской карточки, проводили обследование, экспертизу независимую, не со слов же Эльмиры это делалось, это из показаний то, что в карточке медицинской написано, из каких-то там подтверждающих аргументов. «Нет, не может быть, Тимур хороший». И потом я говорю: «Тимур хороший-хороший, воспитанный-воспитанный. Знаете, Фарит Рафикович не обижайтесь, но за это Дмитрия надо благодарить, что такого парня вам сейчас предоставили». Конечно, и он сразу не ожидал такого вопроса от меня. Но я ему такое сказала. Вот тогда Дмитрия нужно поблагодарить и пожать руку, спасибо Дима, что парня такого вырастил. Это заслуга именно Дмитрия, а не Рината, который занимался своими делами. Ринату было в 2007 году 35 лет. В июле как раз у него 7 день рождения, а где-то с 15 они к нам приехали на летний отдых. Я Тимура спрашиваю: «Тимурик, а ведь у папы день рождение было, ты папу поздравил?» - «Нет». - «Как же?» - «Я не хочу, не буду». А вот в 2008 году у меня супруг, вот он сам скажет, говорит, вот знаешь Надия, что-то папа Ринат оказывается хороший. Тимур вот такие вот высказывания. Вот видите, уже в 2008 папа Ринат хороший стал. Откуда вот это все? Поэтому это уже вопрос. Потом если бы такое творилось в семье, мне какой смысл об этом скрывать, я бы сама первая об этом заявила.

Выписка из расшифровки аудиозаписи судебного заседания от     28 октября 2009 г, проведенной стороной защиты.

Матвеев Д.В.: Надия Гареевна, что вам известно, например, вел ли подобные с вами разговоры следователь Максяшин? И о чем он?

Галиуллина Н.М.Г.: А вот это тоже, я забыла. Когда я давала показания у следователя   в следственном отделе, я значит, все. И он мне говорит, я говорю: «Какая несправедливость, вы следователь, вы разбираете. Как-то надо вот это дело по-честному, по справедливости». – «А он говорит: что вы, о чем вы говорите? Где вы забыли, где живете?» Я говорю: «Как где, в России».

Судья: Это кто вам об этом сказал?

Галиуллина Н.М.Г.: Это Максяшин, да, по-моему, следователь Максяшин. Говорит: вы знаете, эти ваши заявления, говорит, вы вообще такие вопросы вообще в заявлении не рассматриваете. Что нам делать нечего? Прямо лжец такой: если вы не свыше звонок. Это, говорит, это не по нашим, мы уже все, разобрались, не от нас это зависит. А я говорю: хорошо, вы следователь, вы же тоже какое-то имеете, решение можете дать, чтобы за не доказанность или что. Я не хочу терять работу, у меня, говорит, семья. Вот это его слова.

Судья: Вам Максяшин сказал?

Галиуллина Н.М.Г.: Да, Максяшин мне сказал, так что такое вот. Я вообще была шокирована и просто, разве вы-то тогда для чего? У меня такой разговор с ним был, это я.

Судья: А он вам не сказал: лично ему позвонили, следователю?

Галиуллина Н.М.Г.: Он конкретно говорит: если бы не свыше звонок. Ну, а кто там свыше? Я поняла, что было какое-то давление на него. А как он еще раз, не Всевышний же, наверное. А потом еще, извините, еще, ваша честь. Когда мы были с мужем со своим в отделении милиции около Вересаева… Ивлева – инспектор по делам несовершеннолетних. Потому что мы тоже там заявление оставили, чтобы разобрались в этом деле повторно: какая обстановка в семье, почему изъяли обманным путем ребенка из семьи. И она говорит: мы обследовали уже это дело, потому что ваша дочь уже давала заявление. Все нормально, это наше, говорит, протокол, что они составляют, отправили на утверждение, и мы уже ждали, что обратно и в архив уже. Но это письмо не поступило обратно. Потом нам сказали, что это отправили куда-то выше разбирать, что не возвращают в архив. Поэтому, видимо, тоже указание какое-то. Вот это Ивлева нам сказала, когда мы были с мужем. Это было, знаете, где-то 11 марта, потому что мы в опеке вначале заявление оставили по этому делу, а потом зашли в милицию  по делам несовершеннолетних. Ивлева как раз инспект

Выписка из расшифровки аудиозаписи судебного заседания от     28 октября 2009 г, проведенной стороной защиты.

МатвеевД.В.: Надия Гареевна, вел ли с вами Газизуллин Фарит Рафикович в то время, когда я сидел в тюрьме, разговоры о том, что я должен…

Судья: Вы как-то более точно вопрос, можно не наводящий вопрос?

МатвеевД.В.: Это не наводящий вопрос.

Судья: А о чем?

МатвеевД.В.: В то время, когда я сидел в тюрьме, вел ли Газизуллин с вами разговоры о том, что я должен подписать признание…

Обвинитель: Ваша честь, я прошу отвести этот вопрос…

Замахаев И.В.: Я прошу уважаемому гособвинителю не давать возможности корректировать вопросы моему подзащитному. На это есть суд. А мы сейчас право задавать вопросы все-таки предоставим моему подзащитному, а не прокурору.

Обвинитель: Я выразил свою позицию ходатайством от отводе этого вопроса…

Замахаев И.В.: Вы начинаете корректировать моего подзащитного и перебиваете его.

Судья: Я прошу сторону обвинения и сторону защиты не спорить.

Замахаев И.В.: Вы обращайтесь к суду, зачем вы обращаетесь к подзащитному.

Судья: И прошу подсудимого не задавать наводящих вопросов. Они будут отводиться судом, я уже несколько раз…

МатвеевД.В.: Хорошо, какие разговоры с вами вел Газизуллин Фарид Рафикович в то время, когда я сидел в тюрьме, с вами лично?

Судья: И вел ли вообще разговоры?

МатвеевД.В.: Да, и вел ли вообще.

Галиуллина Н.М.Г.: В общем, на телефонные звонки он не отвечал, потому что потом я несколько раз звонила, потом через Дениса пытались мы, потому что знали, что Денис все-таки с ним общается. Не знаю, телефонами или так, и потом мне Луиза сказала «Денис связался, сказал, пусть общаются через… пусть папа через адвоката, все вопросы согласовывает через адвоката». Но 1 июня, дату почему, день защиты детей, ты как раз, Дима, сидел, вот первый раз я с Фаритом Рафиковичем встретилась, мы поехали в город, Аркадик, Машенька, и Амир. В город, праздник все-таки, день защиты детей, а Эля утром еще уехала, я собрала детей, я как раз, пока ты сидел, в общем, мы поехали в город и позвонила я Эле. «Эля, мы в городе», она говорит «Мама, подъезжайте, здорово, сейчас Валентину Ивановну заберем еще тоже вместе». А Валентина Ивановна как раз от вас…

Судья: Вы ближе к Газизуллину.

Замахаев И.В.: Разговор-то о чем?

Галиуллина Н.М.Г.: Вот, разговор.

МатвеевД.В.: Кто был и какой разговор, короче.

Галиуллина Н.М.Г.: Фарит Рафикович увидел, он не ожидал, что я приду, потом он говорит «Надия, что такое?», я, во-первых, у него, говорю…

Судья: Вы сразу скажите, где вы встретились.

Галиуллина Н.М.Г.: Возле Киевского вокзала какой-то отель, название я даже не помню.

МатвеевД.В.: Редиссон.

Галиуллина Н.М.Г.: Я не знаю.

Судья: Не знаю – не знаю. Вам не надо уточнять.

Галиуллина Н.М.Г.: Я название не знаю, и он нам говорит «Надия, ради детей надо… вы, Дима пусть признается».

Судья: Подождите, возле Киевского вокзала есть какой-то отель.

Галиуллина Н.М.Г.: Отель какой-то, он такой очень шикарный отель.

Судья: Вы встретились?

Галиуллина Н.М.Г.: Я. Мы с детьми подошли, а там Валентина Ивановна, Димина мама, и Фарит Рафикович сидели, беседовали. Мы подошли, и вот мы как раз сели за их стол, и вот Фарит Рафикович сказал, «Надия, вот мое тебе, просьба, ты нормальная женщина, надо что-то уже в этом деле, надо Диме, повлиять на него, скажите, чтобы он признался». Я говорю «Как, в чем признался? Вот человек сидит, Фарит Рафикович, как-то надо это», я знала, что он тоже в курсе всех событий. Он говорит вначале «Нет, я не могу, ничего», а потом «Вот мой совет, вы скажите ему, пусть он признается в своих деяниях, и все, через 2 часа его сразу отпустят». Я говорю «Как так? И что, так быстро? Хорошо, но если бы было за что признаться, не знаю, но ведь не в чем признаться, в чем признаваться? За то, что ничего не делал?» как бы такого вот… «Короче, я сказал вам, вот, говорит, ваше, вот, пожалуйста, Надия.»  Прямо с глазу на глаз вот такие слова мне. Значит, Эля была и Валентина Ивановна.

Выписка из расшифровки аудиозаписи судебного заседания от     28 октября 2009 г, проведенной стороной защиты.

Судья: Это когда, что, вы сразу называйте дату. 

Галиуллина Н.М.Г.: В сентябре  2008 года Газизулин Фарит Рафикович пригласил Дмитрия и Эльмиру на день рождения свое, до этого.

Матвеев Д.В.: Первый раз за 8 лет.

Галиуллина Н.М.Г.: Да, ни разу не было, странно. Я удивилась, когда Эля мне сказала, она говорит: а мы будем поздравлять Фарита Рафиковича. Я говорю: как это? Она говорит: да, он пригласил. Я говорю: Ну, хорошо, здорово. А потом эта поездка в Дубаи опять. До этого же таких не было приглашений. Я еще думаю: ну, ладно. А вот, пожалуйста, он видимо этот план хотел провести мирным путем, что ли?

Матвеев Д.В.: Он – это кто?

Галиуллина Н.М.Г.: Ну, Газизулин, хотел это по-хорошему. Вроде дела свои, планы, которые уже у него были запланированы, потому что 14 лет Тимуру исполнилось. И потихоньку его изъять из семьи. Это он уже ребенку, видимо, и до этого как-то внушал, потому что Тимуру, я не знаю… ему было хорошо в этой семье. Но видимо какой-то перевес был, вот это перетягивало его, которое воспитание было заложено в раннем возрасте. Вседозволенность, все его прихоти исполнялись, и вот это видимо все-таки какой-то перевес был.

Матвеев Д.В.: Надия Гареевна, скажите, есть ли какие примеры, вам известные, именно спланированной лжи в семье Газизулиных, поддерживаемой на протяжении многих лет?

Галиуллина Н.М.Г.: Во-первых, у нас, я уже в тот раз, по-моему, останавливались на этом. Во-первых, ложь у них изначально, первый самый шаг, это рассказывала. Вы это помните, да?

Судья: Вы уже рассказывали это. Точно я помню. О внебрачном ребенке Газизулина вы уже рассказали об этом.

Галиуллина Н.М.Г.: А потом  дед до сих пор не знает, что дети разведены.

Судья: Вы тоже об этом сообщали суду. Не надо повторяться. Одно и то же не надо спрашивать.

Выписка из расшифровки аудиозаписи судебного заседания от     28 октября 2009 г, проведенной стороной защиты.

Судья: Понятно. И теперь вы сказали о том, что вы случайно встретились с Газизулиным Фаритом Рафиковичем, в отеле, название которого вы не помните, расположенным около Киевского вокзала, где присутствовала мать подсудимого Матвеева. Скажите, вам известно каким образом состоялась встреча между Газизулиным и матерью подсудимого, по чьей инициативе?

Галиуллина Н.М.Г.: Я не знаю.

Судья: Вы везде предполагаете, и здесь не можете.

Галиуллина Н.М.Г.: Я даже не могу сказать.

Судья: Не можете.

Галиуллина Н.М.Г.: Не буду говорить.

Судья: В вашем присутствии Газизулин, о чем-либо разговаривал с матерью подсудимого?

Галиуллина Н.М.Г.: Нет, вот единственное, мы пришли, мы за Валентиной Ивановной заехали, а я не ожидала, что Фарит Рафикович там, просто я уже сама, мне интересно было. Я говорю Фарит Рафикович такие дела, почему я не могу видеть внука? И вот тогда он предложил..

Судья: Скажите, мать подсудимого слышала о том, что Газизулин вам сказал, что пускай признается во всем Матвеев.

Галиуллина Н.М.Г.: Да, потому что они рядом были, и Эля была, Виктор Степанович, царство ему небесное, он, конечно, не сможет подтвердить, он там был, Артем был сын старший Димин там тоже. Так что мы с детьми поехали.

Судья: То есть, причина этой встречи вам не известна?

Галиуллина Н.М.Г.: Причина нет.

Судья: И в вашем присутствии уже ничего не обсуждалось?

Галиуллина Н.М.Г.: Нет, потому что мы за Валентиной Ивановной заехали.

Судья: От Валентины Ивановны вам было что-нибудь известно?

Галиуллина Н.М.Г.: Она говорила, что с Фаритом Рафиковичем разговаривала, много разговаривала и по телефону, они встречались, но суть разговора пусть уж она скажет.

Судья: То есть, она вам ничего не говорила?

Галиуллина Н.М.Г.: Я и не спрашивала.

Выписка из расшифровки аудиозаписи судебного заседания от     28 октября 2009 г, проведенной стороной защиты.

МатвеевД.В.: Надия Гареевна, вот в тот период времени, когда возбуждено было уголовное дело, потом второй период времени когда я в тюрьме сидел, вот вел ли с вами Газизуллин Фарит Рафикович или от его имени кто-либо разговор о том, что Эльмира должна отдать и Амира, тогда меня выпустят из тюрьмы или еще что-то? Вел кто-то такие разговоры?

Судья: Ставились ли какие-либо условия?

Галиуллина Н.М.Г.: Да, условия какие, во-первых…

Судья: И кто конкретно, и когда.

Галиуллина Н.М.Г.: Во-первых, это у нас как *, это Луиза со мной на эту тему говорила. Она, видимо, какие-то были у них связи с Фаритом Рафиковичем, хотя мы Луизу в то время оберегали от этих разговоров, потому что она была беременна, и на эту тему вообще не разговаривали. Но, тем не менее, она мне как-то вот пыталась вот это вот, пусть Эля быстрее, пусть подпишет мировую. Я говорю «Какая мировая?», «Вот чтобы разрешили…» Во-первых, им не понравилось, что Амира вроде перевели в другую школу из английской, в российскую школу. Я говорю «В чем это плохо? Что плохого? Во-первых, школа неплохая, хорошая, мы все ее закончили, российскую школу, сам и Газизуллин Фарит Рафикович, он, видите, профессор. Все великие люди нашей тоже закончили российскую, не обязательно за границей».

Судья: Давайте ближе к тому, что вот она вам сказала, что необходимо подписать мировое соглашение.

Галиуллина Н.М.Г.: Да.

Судья: О чем?

Галиуллина Н.М.Г.: Луиза, чтобы, во-первых, разрешили, там 5 дней в неделю, чтобы Амир жил, вернее, а два дня только у Эли, по-моему, типа такого содержания. Я вообще возмутилась «Как это так, 5 дней общаться, вернее, он должен быть у Газизуллиных, опять ведь, не отец, а дед, это мировой от имени как бы отца, это от деда исходит. Отцу-то это нужно, нет? У отца своя семья». Если бы отец это все требовал.

МатвеевД.В.: Надия Гареевна, по вопросу можно?

Галиуллина Н.М.Г.: Вот это Луиза сколько раз она, я, конечно, на эту тему, она говорит «Мама, пусть подпишет», 4 марта, не забуду, у Эли день рождения, мы поехали к Луизе, и вот она…

МатвеевД.В.: Какой год?

Галиуллина Н.М.Г.: Это 2008 год…. Это 2009 год уже, 4 марта, Луиза, при мне, при дочери Эльмире заявляла, «Эля, подпиши, всем будет хорошо, и Диму оставят в покое, и Тимура. Нужно мировое соглашение, чтобы его отправить учиться за границу, я так поняла содержание мирового соглашения». Я слышала, что мировое соглашение. А Эля там, «Это мое право, я буду решать этот вопрос, почему ты диктуешь мне? Хорошо, я подпишу, а тогда что? Тимурины слова, куда они денутся? Он же ведь обвиняет, такие жестокие обвинения предъявляет. Хорошо, я подпишу, и что, Тимур откажется от слов что ли?» - «Это уже не твое дело, твое дело подписать». Такой разговор. Это вот 4 марта.

МатвеевД.В.: Это она свои мысли, или это она чьи-то…

Галиуллина Н.М.Г.: Скорее всего, вот это вот именно были ей, она сама не могла, откуда она, Луиза, ей, видимо, через нее уже как-то передавали.

Судья: Это ваше предположение, или вам об этом Луиза сказала?

Галиуллина Н.М.Г.: Луиза не скрывала, что общалась с Фаритом Рафиковичем.

Судья: Вот на эту тему?

Галиуллина Н.М.Г.: И на эту тему.

Выписка из расшифровки аудиозаписи судебного заседания от     13 ноября 2009 г, проведенной стороной защиты.

Матвеев Д.В.: Микрофонная запись есть, слушания.

Судья: Только я вас, немножко, разуверю, поскольку вопрос о том, что потерпевший будет освобожден от участия в деле, был решен раньше, чем сюда явился свидетель Газизуллин.

Матвеев Д.В.: Ну, тем не менее, он же требовал.

Матвеева В.И.: Он очень громко об этом сказал

Матвеев Д.В.: Конечно. Было такое ваша честь.

Матвеева В.И.: Очень громко сказал об этом.

Матвеев Д.В.: Протокол есть

Матвеева В.И.: Без всякого протокола, без всякой тени, так сказать, вот, смущения, я бы так даже сказала. Дальше. После того, как Тимур ушел, вот я говорю, мы навестили его родителей, он ни с кем не общался. Дмитрий должен выходить, он же подписал эту бумажку. Два, я уже начала говорить, два дня нет, семь дней нет. Я звоню ему: «Фарит Рафикович», естественно плачу, не могу, я говорю: «Вы же мне обещали, вы же мне говорили, что Дима поймет, как я его люблю, чтобы вы ради меня». Он мне так и говорил, не ради Эли, не ради кого-то: «Валентина Ивановна, я понимаю ваши материнские чувства. Я обязательно его выпущу и скажу, что я сделал ради вас. Это игра, знаете, просто… не выпускают 7 дней, Дима там дописывает еще. Потом он еще и Амиру обещал, внуку своему, второму, который совсем маленький мальчик. В ту пору ему еще 9,5 лет. И он ему говорит, что я отпущу папу, и только, когда Амир стал плакать, звонить деду, рыдать с просьбой: отпусти, пожалуйста, дед, папу, ты обещал. Через два часа господин Газизуллин дал распоряжение  Дмитрия отпустить. Идет процесс дальше. Когда Дмитрий вышел, через какое-то время состоялась встреча адвоката, Димы, Эли, Димы Аронина, есть друг нашего Димы. Есть такой Рафаэль, кто бы фамилию подсказал, я записала его, он же мне говорил.

Матвеев Д.В.: Фаизов.

Матвеева В.И.: Да. О чем стоял вопрос? О том, чтобы переквалифицировать статью со 117  на 116.

Матвеев Д.В.: А Мясников там участвовал?

Матвеева В.И.: Да, адвокаты с двух сторон. Рафаэль пошел за разрешением, отошел, позвонил господину Газизуллину, чтобы написали заявление о переквалификации статьи.  Написал это заявление в итоге Ринат, отец Тимура. Дальше было сказано, что вот этот Рафаэль пойдет к Глухову, начальнику следственного управления, и все будет решено, что Дмитрию переквалифицируют статью. Но почему-то это не сложилось. Вдруг сказал, что не получалось указание – кто, что, откуда звонил. Т.е. ведется такая двойная игра. Да, Ринат, ты подпиши, но господин Газизуллин в это время решает, видимо, по-другому вопрос, чтобы не быть плохим в глазах. После этого, тогда за два дня примерно до суда над Дмитрием ему предлагают особый порядок, да?

Замахаев И.В.: А кто предлагает этот порядок?

Матвеева В.И.: Встречаются опять Эля, Дмитрий, адвокат наш, адвокат Мясников. И господин Мясников совершенно вслух, опять-таки при всех говорит о том, что вопрос с судьей Михайловой решен. Хотя она в отпуске находится, но я все равно с ней решил, что если Дмитрий пойдет по особому порядку, то он получит условный срок. Успевает играть в семи.

Матвеев Д.В.: Это с чьих слов Вы знаете?

Матвеева В.И.: Это потом все обсуждалось моими детьми, это рассказывалось и все это слушалось. Вот так это было сделано. За два часа до суда Дима отказался идти по особому порядку, как в 37 году. Не захотел, чтобы его быстренько скатали и под ружье. За два часа до суда сам господин Газизулин встречается на мойке, там на Вересаевской, где он живет, дети живут, где его Ринат живет. Встречаются там, Газизуллин подтверждает все эти слова. Встречаются Эля, Дмитрий и Газизуллин. Газизуллин подтверждает, что так все и будет. Дальше на этом еще все не заканчивается.

Матвеева В.И.: Да, там целый комплекс. Дальше должен быть решен вопрос о том, что Амир, младший внук поехал в Испанию с дедом и бабушкой. Но Амир-то думал, что он поедет еще и с мамой, и с папой. Он же ребенок, он не понимал, что папе нельзя ехать.

Замахаев И.В.: А в какое время должен был поехать?

Матвеева В.И.: Это был август.

Замахаев И.В.: А год?

Матвеева В.И.: 2009 года. В это время Амир находился у родителей Эли, отдыхал. Там еще был племянник из Казани, т.е. он еще с мальчиком был. И Амир сказал, что он не поедет, он-то думал, что поедут еще и мама с папой, а с дедушкой, с бабушкой и с Тимуром он не поедет. Он так и сказал: я боюсь, что меня оставят там, а я хочу жить со своими родителями. И он наотрез отказался вообще ехать. Мне Газизуллин звонил даже в Балахово. Я же говорю: мы прямо родственники. Он мне: «Валентина Ивановна, если только вы на них не воздействуйте, они вас слушают. Я еще раз вам повторяю, тогда пусть не ждут ничего хорошего! Дмитрий будет сидеть!»

Выписка из расшифровки аудиозаписи судебного заседания от     13 ноября 2009 г, проведенной стороной защиты.

Матвеев Д.В.: А Максяшин что хотел?

Замахаев И.В.: А Максяшин что конкретно, какие вопросы конкретно?

Матвеева В.И.: Т.е. следователь Максяшин, когда я пришла к нему, мы довольно долго с ним общались. Он мне сказал, что его позиция такова же, как. Сейчас я дословно вспомню. Он сказал: вы же понимаете, что поэтому мы Дмитрия не трогаем, что мы все понимаем, что он не виноват. Так же думает и мое руководство. И еще он мне сказал: его там в чем-то обвиняют, когда я пришел и рассказал своему папе, мой папа сказал: сколько же лет я должен за тебя тогда отсидеть? А я говорю: а в чем Дмитрия обвиняют? А что вы разве не знаете? Я говорю: нет, не знаю. Максяшин ушел от этого вопроса. Он мне не зачитал, он мне не сказал до конца: ну, ладно, вы мама, типа того. Он мне не сказал сам факт, в чем же все-таки обвиняют Дмитрия. Но он мне сказал вот эту фразу.

Матвеев Д.В.: У меня вопросов больше нет, ваша честь.

Судья: Вопросы у защиты  есть?

Адвокат Степанова: Нет.

Матвеева В.И.: У меня что-то еще было на телефоне. Он сказал, что он сказал о судье Михайловой – это совершенно точно.

Судья: Есть вопросы государственного обвинения к свидетелю?

Матвеева В.И.: Эти слова записаны в Протокол, скажите мне, пожалуйста.

Судья: Да, все записано.

Матвеева В.И.: Нет, но меня интересует именно это.

Судья: Все, что вы сказали, все записали. Пожалуйста.

Выписка из расшифровки аудиозаписи судебного заседания от     13 ноября 2009 г, проведенной стороной защиты.

Матвеева В.И.: Мне сам Газизуллин об этом говорил.

Замахаев И.В.: Это в ходе разговора, он сам Вам об этом? Вы свидетелем не были вот этого конфликта?

Матвеева В.И.: Я не была в Арабских Эмиратах.

Замахаев И.В.: Все. Ну, чтобы мы тоже понимали просто. То есть, он в ходе разговора, привел вот этот случай.

Матвеева В.И.: Да.

Замахаев И.В.: Теперь понятно.

Матвеева В.И.: Что вот он… Вот теперь он оказался такой плохой, сякой, мой сын.

Замахаев И.В.: Просто Вы не сказали, когда это все было.

Матвеева В.И.: После этого начался разговор такого плана. «Ну, вы знаете что. Ну, я Вас понимаю, как маму. Давайте подумаем вот о чем. Пусть Дмитрий напишет признательные показания». Я говорю: «Не поняла. О чем признательные показания?». - «А вот о том, что он два раза, например, или три раза стукнул Тимура ремнем. Пусть он объяснит, что это вот… ну, он же православный человек, что в православии это допустимо, что он военный человек, что это у военных допустимо. И тогда мы переквалифицируем статью со 117-й на 116-ю, и Дмитрий будет отпущен. Он уже просидел какое-то время, так сказать, два с половиной месяца. То есть, он будет отпущен». Я, как каждая мама, призадумалась. Говорю: «Фарит Рафикович, ну этого же не было. Вы же знаете, что этого не было». - «Нет, Вы поймите, для меня это принципиально. Пусть он напишет, и мы с Вами поступим так. Вы придете, мы с Вами встретимся в ресторане… Вы с ним встретитесь» – так вначале сказал. «Вы повстречаетесь со своим сыном, поговорите с ним, пусть адвокаты встретятся, поговорят о переквалификации статьи на 116-ю, Дима уже отсидел два с половиной месяца, и мы таким образом поступим. Вот, он признается и напишет это все, и мы с Вами в ресторане сядем, посидим. Я прочту это и на Ваших глазах порву».

Замахаев И.В.: А что порвет-то?

Матвеева В.И.: Признательные показания Дмитрия. Лишь бы Дима написал, что он два или три раза побил Тимура, потому как и военных это возможно и в православии это… И я порву это. Я пришла естественно, я же мама, я плакала, я рыдала. Через несколько дней мы с ним встречаемся снова. Он понял, что мышка на сырочек запала. И начинается разговор по кругу. Опять.

Замахаев И.В.: А кто мышка?

Матвеева В.И.: Мышка – это я. Запала на сырочек. Которая готова незнамо что сделать, лишь бы мой Дима, он уже два с половиной месяца сидит, это просто представить невозможно всю эту историю. И начинается разговор опять. До этого он звонил и встречался с Эльмирой и был тот же самый разговор, что: «Эля, поговори с Димой, пусть он напишет показания. Мы переквалифицируем статью на 116-ю. Дима выйдет, и все дети будут с папой». Он меня убеждал, что Дима должен это написать ради детей: «Вы поймите, она же, дети-то, тоже страдают» – это он меня убеждал.

Замахаев И.В.: Ну, сколько…

Матвеева В.И.: Это было второй раз, точно так же, почти три часа. Два часа поговорили мы с ним, это было первое июня, Эльмирина мама, Эля с детишками оказались в «Рэддисон-Славянская» и подошли к нему тоже. Поздоровались, заплакала Элина мама, заплакала Эля, заплакала я. Три плачущие женщины и здесь дети. А вот так в сторонке наш Артем. Он, кстати, сказал, что ему очень нравится наш Артем. Использовались все средства. Мы плакали, и он сказал, что, то есть, вот, любой бы мужчина среагировал, любой. Нет, нет. «Да, с Вами все понятно. С этими тоже все понятно»- он порывался: «Я сейчас уйду!», и каждый раз: «Я сейчас уйду!» - Но все-таки он продолжал давить на то, что Дима должен написать показания. «Я сейчас уйду!» Это было сказано не менее шести раз. Потому что мы плакали, потому что мы просили его. И каждый раз он оставался. И опять разговор о том, что пусть Дмитрий напишет, и переквалифицируют статью на 116-ую. «Я сделаю все. Если только этого не будет, я нажму на все» - можете записывать, прям, дословно, вот, я это помню как... то есть, такие вещи, они не могут забываться: «Иначе я нажму на все кнопки, а вы знаете, что я смогу все, что у меня есть возможности, что Нургалиев мне обязан, что Галимов» - или Гали, как его фамилия? Господи подскажите, пожалуйста.

Матвеева В.И.: «Что тоже, и вы знаете, у меня и с хорошие отношения. Да и, вообще, я и с семьей президента знаком». Это было, вот, таким сказано тоном, что я смотрела и думала: «Это шунтирование сердца и наркоз, то ли, это, на самом деле человек себя чувствует князем».

Замахаев И.В.: Ну, понятно. И сколько у вас таких встреч было с Газизуллиным?

Матвеева В.И.: Вот, две таких встречи было

Замахаев И.В.: Две такие встречи

Матвеева В.И.: Вот да. И еще, примерно, с десяток телефонных звонков.

Замахаев И.В.: Но суть этих разговоров к тому же сводилась, да?

Матвеева В.И.: Естественно, т.е., после того, как только, вот, все это проговорилось, я начала, т.е., мы встретились, и я Диме, естественно, начала плакать, и говорить: «Дима, пожалуйста, он обещал, он мне обещал, напиши, что ты, там, два или три раза стукнул Тимура».

Замахаев И.В.: Это вы встретились, где с Димой, вы говорите?

Матвеева В.И.: В СИЗО

Замахаев И.В.: В СИЗО. Поясняйте, Валентина Ивановна, поясняйте.

Матвеев Д.В.: Спокойно разговаривайте

Замахаев И.В.: Поясняйте, поясняйте.

Матвеев Д.В.: Никто же не понимает.

Матвеева В.И.: Я очень волнуюсь, вы поймите.

Замахаев И.В.: Не, ну, мы понимаем, а кто-то не понимает, ну, надо, чтоб секретарь просто записывал все.

Матвеева В.И.: Хорошо. Я думаю, я, в смысле, то есть, встретитесь и поговорите. Я встретилась, начала плакать, очень плакать, просить Диму: «Дима, напиши, пожалуйста, он мне обещал, что мы сядем с ним снова в ресторане, он порвет это». И еще была очень хорошая фраза сказана: «И все, Валентина Ивановна, и мы с вами раз в год будем встречаться, и будем дружить». Я говорю: «Ну, понятно, со мной лично», то есть, вот так хорошо мы с ним друг друга понимаем.

Замахаев И.В.: А через какое время, когда вы были на свидании у Матвеева, помните, нет?

Матвеева В.И.: У Эли, по-моему, где-то должно быть.

Замахаев И.В.: Ну, ладно. Это мы уточним.

Матвеева В.И.: Это не очень много времени прошло. Совсем немного времени.

Замахаев И.В.: Вы один раз были на свидании у Дмитрия?

Матвеева В.И.: М?

Замахаев И.В.: Один раз были на свидании?

Матвеева В.И.: Да.

Замахаев И.В.: Это не сложно уточнить в тюрьме. Вот, еще такой вопрос по…

Матвеева В.И.: То есть, я еще, после этого, значит, я плакала, Эля плакала, все просили Диму, чтобы он написал. Дима сделал. Но сделал он, только, по-другому. Он пришел к следователю и написал, оболгав себя, для того, чтобы, почему? Я дальше сейчас объясню. Во-первых, мы плакали, во-вторых, Эля мне жаловалась на то, что ей угрожают. Она, выражаясь очень, опять-таки, таким языком, по-другому я не знаю как, но она говорила, что: «У меня такое чувство, что меня, вообще, могут на ленточке и, вон, на деревья, и что я буду идти, машина выедет и меня переедет». Я у нее спросила, я говорю: «Вы угрожаете Эле?»

Матвеев Д.В.: У него, у кого?

Матвеева В.И.: У Газизуллина, господина Газизулина, я спросила: «Вы угрожаете Эле?». По телефону мы с ним, мы очень часто с ним говорили. Он говорит: «Нет, ну что вы?». Конечно, что же. Я говорю: «А почему она боится?» - «Ну, это у нее, там…» То есть, с головой

Замахаев И.В.: Ну, понятно

Матвеева В.И.: Я говорю: «Ну, понятно, конечно». После этого, когда Дима, все-таки, написал и не сделал, так как, вот, если бы он мне отдал, я бы, может быть, было бы все, как-то, по-другому. Не знаю. Он решил быть. Здесь еще один момент, интересный. Максяшин говорит, у них в СИЗО, такого не было никогда, такого прецедента. Какого? Сейчас скажу. Значит, Эля пришла с двумя маленькими детишками на встречу к Диме

Замахаев И.В.: Максяшин это кто? Следователь?

Матвеева В.И.: Максяшин- это следователь, который вел дело, да. Эля привела двух маленьких детей, Машу и Аркадия, которому одному четыре, другой еще не было трех лет. И они сидели, и Дима после этого написал как бы, ну, согласие, под диктовку, что ли, Максяшина, вот это, потому, что и Максяшин мне потом говорил: «У нас такого в жизни не было, чтоб детей приводили, разрешили встретиться с человеком, сидящим в СИЗО». Т.е., это понятно, да? Опять-таки, влияние, роль господина Газизуллина. По-другому никто бы туда детишек не допустил. Дети, естественно, плюс, еще один момент. Вы суд…

Замахаев И.В.: Ну, ясно, ясно

Матвеева В.И.: Так, когда Амир очень плакал, около этой клетки

Замахаев И.В.: Ну, мы знаем, мы уже это обсуждали, говорили, этот случай.

Матвеева В.И.: Знаете, то есть, вот, эти моменты, а Дима очень любит детишек, очень любит детей. Я не знаю, наверно, так, может быть, не надо любить, наверное, чуть поотстроненнее надо, но здесь ничего не изменишь и не переделаешь. Таков характер, и поэтому, он, конечно, не мог. Слезы мои, жены и еще детишек, он просто не мог, поймите. После этого, как только Дима написал, он же мне сказал, что через два дня Дима выйдет. Два дня, и неделя, и Дмитрий не выходит. Дмитрия приглашают снова к следователю и говорят ему, что не все написано. Надо еще дописать.

Замахаев И.В.: Вы были очевидцем вот этого, так сказать, разговора его со следователем?

Матвеева В.И.: Это мне рассказывал Дмитрий после того, как его все-таки выпустили

Замахаев И.В.: А, ну, тогда поясняйте.

Матвеева В.И.: Да.

Замахаев И.В.: А то, вы так говорите, как будто вы рядом сидели.

Матвеева В.И.: Это разговор, это обсуждалось со мной, с Элей, с папой нашим, которого теперь нет, т.е., это все обсуждалось при всех нас, что ему говорят. Что, вот, не все, надо, вот, еще написать. И Дима пишет признание, что он перед уходом Тимура всыпал ему ремня, хотя у Димы на этот момент, на этот день есть алиби. Это была, т.е., это требование следователя, еще раз, чтобы, как вам сказать, ну вот, чтобы, вот эта статья-то в голове 117-ая, крутится и здесь никуда не выпрямишь , т.е., желание, вот это вот, эту статью. Тогда я с господином… Надо все…

Матвеева В.И.: Мясниковым. Сказала, однажды, мы с ним тоже встречались, и по телефону я с ним разговаривала, не один раз. Я ему сказала, что, конечно, Диме не нужно было такую глупость совершать, даже ради детей. Не надо себя оговаривать. Господин Мясников очень, опять-таки, ухмыльнувшись, мне сказал: «Да куда бы он делся? Все равно бы подписал». Вы, конечно, сейчас откажетесь

Адвокат Мясников: Разрешите пояснить немножечко.

Матвеева В.И.: Вы откажетесь?

Судья: Вот сейчас замечание будет у вас?

На основании изложенного, руководствуясь ст. 53 УПК РФ ( для обвиняемого ст. 47 УПК РФ),

ПРОШУ СУД:

Выделить из материалов уголовного дела в отношении Матвеева Д.В. копии протоколов судебного заседания от : 15.10.2009,  28.10.2009, 13.11.2009, 22.12.2009, 25.12.2009 и иные материалы, по усмотрению суда, касающиеся данных об оказании Газизуллиным Ф.Р. воздействия на свидетелей, и направить прокурору Западного административного округа г. Москвы для организации проверки в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ.

«12» января 2009 г.                Подсудимый                           Матвеев Д.В.

Михайловой Л.А.

Подсудимого Матвеева Д.В.

ХОДАТАЙСТВО  №  11

Прошу суд приобщить к материалам уголовного дела по обвинению меня в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 2 ст. 117 УК РФ, фотографию с изображением Газизуллина Тимура, Газизуллина Амира, Газизуллина Фарита Рафиковича, Газизуллина Рината, Сафина Мансура (водитель Газизуллиных), Фаизова Рафаэля и т.д., выполненные  «11» октября 2008 года, кем-то из компании Газизуллиных, во время очередной поездки Тимура и Амира в гости к дедушке Газизуллину Ф.Р..

Необходимость приобщения фотографии к материалам уголовного дела обусловлена тем, что она подтверждает непрекращающиеся поездки Тимура и Амира в гости к Газизуллиным, и совместное их времяпровождение, в том числе и за полтора месяца до ухода Тимура из дома, а именно: совместная поездка Газизуллиных на рыбалку.

При этом на фотографиях имеется изображение несовершеннолетнего Газизуллина Т.Р. находящегося в компании ещё девяти человек.  На лице Тимура радость, беззаботность, раскрепощённость, что в свою очередь позволяет увидеть отсутствие напряжённости, замкнутости, «забитости» и зажатости. Состояние восторженной радости на лицах  свидетелей обвинения Газизуллина Фарита Рафиковича, Газизуллина Рината, Сафина Мансура (водитель Газизуллиных), Фаизова Рафаэля.

Данное обстоятельство опровергает показания несовершеннолетнего Газизуллина Тимура о том, что (Из протокола допроса Газизуллина Тимура: «Матвеев ...Запретил мне заниматься компьютером, запретил смотреть телевизор, а также общаться с родственниками со стороны моего отца...»).

Также эта фотография опровергает показания Сафина М.Х. (Из стенограммы судебного заседания от  04.09.09:

«...Замахаев: Вы Тимура забирали, говорите, в пятницу, после школы.

Сафин М.Х:Да.

Замахаев: Это было как регулярно?

Сафин М.Х.: Ну, первое время с Амиром вместе забирал я.

Замахаев: Это было каждую неделю, раз в месяц?

Сафин М.Х: Когда возможности были, ну, неделю было всегда. В месяц один-два раза, это точно.

Замахаев: Достаточно часто?

Сафин М.Х: Да. Ну и точно я уже не знаю сколько сейчас, я же не записывал. Седьмые годы, вот резко. Восьмые вообще не отпускали уже, всё.), что в свою очередь говорит о том, что Сафин даёт ложные показания.

О ложных показаниях Сафина свидетельствуют и сами Газизуллины Фарит Рафикович, Татьяна Усмановна и Галиуллин Роберт, свидетельствующие о том, что Тимур и Амир были до события, изображенного на данной фотографии,  в сентябре 2008 года на дне рождения Газизуллина Ф.Р., в течении двух суток,  так и их свидетельство о совместной поездке в конце октября 2008 года в Эмираты, в которой принимали участие и Тимур, и Амир т.е. даже на основании показаний свидетелей обвинения Тимур общался с Газизуллиными в течении неполного месяца три раза.

Хочется особо отметить, что 11 октября 2009 года, это суббота, многочисленные свидетели, в том числе и записи в журналах регистрации, ведущихся на КПП по адресу: г. Москва, ул. Вересаева д.6, также и записи с камер наблюдения могут подтвердить, что в пятницу 10 октября водитель Сафин Мансур забрал Амира и Тимура  после футбола (о чём известно и самому Сафину) и повёз в гости к Газизуллиным. Т.е. Этим самым опровергаются показания свидетелей обвинения хором лжесвидетельствующих:

1. Что Тимура последний год не отпускали к Газизуллиным.

(выписка из стенограммы суда от 17августа 2009 г.:

Тимур: «... а с моими родственниками, с бабушкой, с дедушкой, он мне запретил  - не запретил, я не правильно говорю – я с ними виделся раз в месяц, и то полдня, даже у них на ночь у них не оставался, как раньше в 2004, 2005 году...»).

2. Что Тимуру  запрещали заниматься футболом.

3. Что Тимур находился в подавленном состоянии и т.д.

4. Эта фотография  опровергает  показания Газизуллина Тимура и родственников со стороны его отца о  систематическом нанесении ему психических страданий в течение длительного времени, поскольку в этом случае, это неизменно бы отразилось на его поведении, настроении, общении в том числе и  с близкими родственниками.

На основании изложенного, руководствуясь п.п. 4 и 5 ч. 4 ст. 47 УПК РФ, прошу суд удовлетворить мое ходатайство.

Приложение: описываемая фотография.

Подсудимый                                                                                        Матвеев Д.В.

«11» декабря 2009 года

суда г. Москвы Михайловой Л.А.

Подсудимого Матвеева Д.В.

ХОДАТАЙСТВО  №  12

Прошу суд приобщить к материалам уголовного дела по обвинению меня в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 2 ст. 117 УК РФ, 24 фотографий с изображением  нескольких поездок Газизуллина Тимура на отдых в компании Газизуллина Ф.Р. и друзей Газизуллина Ф.Р., выполненные сопровождавшим их фотографом.

Необходимость приобщения фотографий к материалам уголовного дела  обусловлена тем, что они подтверждают негативное влияние семьи Газизуллина Фарита Рафиковича на формирование психики Тимура и растлевающее действие на малолетнего Тимура, как то,  многочисленно зафиксированное на фото,  распитие спиртных напитков, в присутствии малолетних Тимура и Амира не только его дедом Газизуллиным Ф.Р. но и многочисленной компанией его сопровождающих.

При этом на фотографиях имеется изображение малолетних Газизуллина Тимура и Амира в компании нетрезвых, пьющих жидкость похожую на алкоголь  взрослых мужчин и женщин.

Из фотографий видно, что детьми никто не занимается, они предоставлены сами себе. Ни на одной из фотографий нет их отца Газизуллина Рината, что подтверждает тот факт, что Ринат после развода самоустранился от участия в воспитании своих детей, а Газизуллины Фарит Рафикович и Татьяна Усмановна продолжали и дальше оказывать на малолетних Тимура и Амира тлетворное, негативное, достойное осуждения влияние.

Малолетние дети Тимур и Амир вынужденны были находиться в компании людей имеющих пьяный вид, что без сомнения запечатлено на представленных фотографиях (характерное покраснение носа, глаз, блуждающий, нефокусируемый взгляд, панибратские объятия).

Особый цинизм и бессовестность данных деяний усугубляет тот факт, что данный подарочный буклет: «Особенности национальной рыбалки» содержащий подборку фотографий людей с опьянёнными лицами в перемешку с фотографиями малолетних Тимура и Амира был любезно предоставлен в подарок нашим детям самими Газизуллиными. Хочется отметить что на  фотографиях с этих пьяных мероприятий  других детей кроме Тимура и Амира нет. Что говорит о том, что только Газизуллины с таким вопиющим беззаконием относятся к своим внукам.

Данное обстоятельство объясняет причины по которым наша семья  неоднократно высказывала Газизуллину Ф.Р. недопустимость такого воспитания наших детей. Что в свою очередь объясняет личную неприязнь Газизуллина Фарита Рафиковича ко мне и моей жене Матвеевой Эльмире, что в том числе, так же служит основанием к оговору и лжесвидетельствованию против меня Газиуллиными и иже с ними.

На основании изложенного, руководствуясь п.п. 4 и 5 ч. 4 ст. 47 УПК РФ, прощу суд удовлетворить мое ходатайство.

Приложение: описываемые два буклета с фотографиями

(общим кол-вом 24 листа).

Подсудимый                                                                              Матвеев Д.В.

«11» декабря 2009 года.

Михайловой Л.А.

Подсудимого Матвеева Д.В.

Х О Д А Т А Й С Т В О     №   26    (на 2 листах).

Прошу суд приобщить к материалам уголовного дела по обвинению меня в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 2 ст. 117 УК РФ, письмо от жильцов дома №6 по ул. Вересаева, в адрес Кунцевского суда г. Москвы.

Из коллективного письма следует, что жильцы дома знают Матвеева Д.В. как человека порядочного, хорошего, заботливого семьянина, который всегда с уважением относился к людям, которые его окружали. Знают Матвеева, как человека без вредных привычек.

Жильцы пишут, что Дмитрий проявлял недюжие способности по организации досуга детей, гуляющих на детской площадке дома №6 по ул. Вересаева. Дмитрий уделял внимание не только своим детям, но и всем остальным детям во дворе, независимо от их возраста.

Дети отвечали Дмитрию всегда взаимностью и с радостью ждали его прихода, поскольку он к каждому из них находил подход и умел заинтересовать всех. Подписавшиеся родители и няни просят от своего лица и от лица детей учесть их мнение при вынесении судебного решения.

Необходимость приобщения данного документа  к  материалам уголовного дела  обусловлена тем, что он подтверждает то, что  Матвеев Д.В. на протяжении 2007-2008 годов, именно в то время, когда семья Матвеевых проживала в доме по ул. Вересаева, регулярно, почти ежедневно, занимался развивающими играми не только с Тимуром, Амиром, Аркадием, но и со многими детьми проживающими в этом же доме. Эти игры были интересны детям. Матвеев Д.В. находил общий язык с детьми, не зависимо от их возраста, уделяя всё своё свободное время развитию детей в т.ч. Газизуллина Тимура. Что в свою очередь опровергает голословные заявления и лжесвидетельствование стороны обвинения, а именно Газизуллина Ф.Р. и Рожко Дениса.

Выписка из расшифровки аудиозаписи судебного заседания от     03 сентября 2009 г, проведенной стороной защиты:

Судья: Скажите, Вы наблюдали когда-нибудь общение между Тимуром и подсудимым Матвеевым? Между потерпевшим и подсудимым?

Рожко Д.: Общение — очень редко, временное. «Тимур, иди сюда, Тимур, сделай то», что-то такое. Ничего более я не видел.

Выписка из расшифровки аудиозаписи судебного заседания от     04 сентября 2009 г, проведенной стороной защиты:

Матвеев Д.В.: Фарит Рафикович, были ли вы свидетелем того, что я занимаюсь с детьми. Играю с ними, плаваю, обучаю их.

Газизуллин Ф. Р.: В Эмиратах ни разу не сыграли с нами в футбол, я играл с ними. И ни разу, Вы ни разу с ними не купались. Вы просто проходили с очень важным серьезным видом по пляжу и наслаждались тем, что Фарид Рафикович в том числе и с вашим сыном, с Аркадием, с Машенькой я купался, я занимался. И с вашим сыном играл. А вы не делали этого.

Матвеев Д.В.: Ваша честь, хочу пояснить, что во время этой поездки, мы и купались, и играли, и занимались с детьми, всё как обычно.

Газизуллин Ф. Р.: Купались, конечно. А в футбол ни разу не играли. Вы не умеете играть в футбол.

Матвеев Д.В.: Свою личную неприязнь не надо так явно показывать.

Газизуллин Ф. Р.: У меня личной неприязни нет абсолютно.

Матвеев Д.В.:: То есть, в море мы купались вместе?

Газизуллин Ф. Р.: В море купались, конечно. Вместе.

Хочется отметить, что слова родителей и воспитателей детей о том, что дети с радостью ждали его (Матвеева) прихода, в очередной раз доказывает существование  спланированного и согласованного оговора  Газизуллиными Матвеева Дмитрия, так как, если бы имело место истязание Матвевым Газизуллина Тимура, будь-то физическое или психологическое, то дети в т.ч. и сам Тимур не смогли бы так непренуждённо с детской радостью ожидать прихода Матвеева Д.В. во двор для совместных игр.

На основании изложенного, руководствуясь п.п. 4 и 5 ч. 4 ст. 47 УПК РФ, прощу суд удовлетворить мое ходатайство.

Приложение: Вышеописываемое письмо жильцов.

Подсудимый                                                                          Матвеев Д.В.

«12» января 2010 года.

суда г. Москвы

Михайловой Л.А.

Подсудимого Матвеева Д.В.

ХОДАТАЙСТВО   №    28   (на двух листах)

Прошу суд приобщить к материалам уголовного дела по обвинению меня в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 2 ст. 117 УК РФ, школьный дневник Газизуллина Тимура, за 2008-2009  учебный год.

Необходимость приобщения  школьного дневника к материалам уголовного дела  обусловлена тем, что он опровергает показания свидетелей обвинения и самого потерпевшего по следующим основаниям:

1. 05 ноября 2008 года, т.е. за 17 дней до ухода Газизуллина Тимура из семьи Матвеевых, Тимур собственноручно делает запись в своём школьном дневнике от имени своих родителей. Запись предназначена для классного руководителя Тимура. Запись гласит, что «Тимур не приходил в  школу с 21 октября 2008 года по 24 октября 2008 года, потому что наша семья уезжала в другую страну», конец записи. После чего, Тимур заверяет эту запись подписью Матвеева Дмитрия.

Особенно хочется отметить тот факт, что Тимур просит поставить подпись под этим текстом не свою Маму — Матвееву Эльмиру, а того человека, которого он — Тимур, на протяжении почти восьми  лет считает своим Отцом, Тимур просит поставить подпись под этой записью Матвеева Дмитрия.

2. После окончания обучения, в первую и вторую недели сентября 2008 года Тимур давал свой дневник на подпись своей Маме, также в конце сентября Тимур делает анологичную запись от имени родителей, предназначенную классному руководителю, эту запись Тимура заверяет своей подписью Матвеева Эльмира.

Данный документ подтверждает наличие хороших, доверительных отношений между Тимуром и Матвеевым Д.В., т.к. именно поэтому подросток мог с равным спокойствием и уверенностью обращаться по любому, даже самому незначительному вопросу как к Маме, так и к своему Отчиму — Матвееву Дмитрию.

3. Особенное внимание хочу остановить на последней странице школьного дневника за 2008-2009 годы. В Бритиш-Интернешинал-Скул, там, где обучался Газизуллин Тимур, оценки в дневник по четвертям не выставляются, но Тимур за первую четверть сам проставил себе отметки. Что особенно примечательно, в связи с общей характеристикой Тимура, то оценки эти — исключительно пятёрки с плюсом, т.е. Тимур оценил сам свои знания наивысшей отметкой, хотя из представленных ранее суду официальных документов об успеваемости Тимура, видно, что реальные оценки значительно ниже, выставленных самому себе. Это характеризует Тимура, как честолюбивого, тщеславного, недовольного своим существующим положением в обществе человеком, любящим незаслуженную похвалу и как следствие склонен к обману в корыстных целях. Что в последствии активно использовал его дед Газизуллин Фарит Рафикович.

4. Во второй неделе сентября и в середине октября 2008 года, там где Тимур записывал в дневнике задания на дом, отчётливо видны записи сделанные его рукой, на русском языке, касающиеся прочтения комедии «Горе от ума», подготовки к сочинению по данному произведению, а также имеют место быть записи Тимура о прочтении произведения «Пиковая дама», и о подготовке к сочинению по данной теме.

Данное обстоятельство опровергает показания несовершеннолетнего Газизуллина Т.Р. о том что ему запрещали читать литературу кроме религиозной и не давали ему готовится к урокам.

Выписка из расшифровки аудиозаписи судебного заседания от     17 августа 2009 г, проведенной стороной защиты:

Газизуллин Тимур: «...потом… я беру книжку – я читал книжку Шерлок Холмс, интересно читать такие книги, это все-таки  классика – он говорит: «Зачем ты читаешь такую книгу, время тратишь, на вот, возьми Закон Божий...».

Газизуллин Тимур: «... А книги  у нас, только такие книги были. У нас были классические книги, несколько… но их никто не читал никогда».

Газизулин Т.Р.: «...Ты (Матвеев) подходишь ко мне и говоришь: «Вот, Закон Божий лучше».

Матвеев Д.В.: То есть иную литературу тебе запрещали читать?

Газизулин Т.Р.: Запрещали.

А из репорта (имеется в уголовном деле т.1, л.230) об оценках Тимура за 2008 год видно, что он  хорошо справлялся со всеми заданиями по русскому языку. Т.е. в очередной раз на лицо обман, лжесвидетельства и оговор со стороны обвинения.

На основании изложенного, руководствуясь п.п. 4 и 5 ч. 4 ст. 47 УПК РФ, прощу суд удовлетворить мое ходатайство.

Приложение:

Подсудимый                                                                          Матвеев Д.В.

«12» января  2010 года

Михайловой Л.А.

Подсудимого Матвеева Д.В.

ХОДАТАЙСТВО  №  13

Прошу суд приобщить к материалам уголовного дела по обвинению меня в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 2 ст. 117 УК РФ, фотографий с изображением  Газизуллина Тимура, лежащего на пляже в одних плавках и читающего художественную книгу на английском языке, выполненные в августе 2008  года, во время поездки нашей семьи в Испанию.

Необходимость приобщения фотографий к материалам уголовного дела  обусловлена тем, что они подтверждают то что:

1. Тимур не был ограничен в возможности читать интересующие его книги, т.е. он сам имел возможность выбора тематики читаемых им книг (в данном случае книга не религиозного, а исторического содержания).

2. Тимур спокоен, сосредоточен и не стесняется находиться в общественном месте в одних плавках. Что подтверждает отсутствие каких либо следов и повреждений на его теле.

3. Из свидетельских показаний Романовой И.А. следует, что в период с середины июля по конец августа 2008 год Тимур ежедневно находился с утра в общественном бассейне при большом скоплении людей, после этого, ежедневно на городском пляже и, вновь, к вечеру - в общественном бассейне.

4.Несмотря на то, что одна из пяти фотографий уже находится в уголовном деле считаю необходимым приобщить и остальные фотографии, так как на них самым отчётливым образом видны кожные покровы рук Тимура, его предплечий, кожные покровы плечей, спины, грудной клетки, нижней части спины. Изображения настолько отчётливы, что имеется возможность рассмотреть кожные складки в подмышечной впадине, следы от прививки, капли воды на коже и даже точечную пегментацию на некоторых участках кожи.

Данное обстоятельство опровергает показания несовершеннолетнего Газизуллина Т.Р. о систематическом нанесении ему побоев в течение длительного времени, поскольку в этом случае на его теле должны были бы остаться соответствующие следы.

Особенно, хочется отметить, что данные фотографии сделаны за два с половиной месяца до ухода тимура из дома, т.е. уже как год его,  якобы, «истязают».

На основании изложенного, руководствуясь п.п. 4 и 5 ч. 4 ст. 47 УПК РФ, прощу суд удовлетворить мое ходатайство.

Приложение: описываемые     _____ фотографии.

Подсудимый                                                                              Матвеев Д.В.

«09» декабря 2009 года.

суда г. Москвы

Михайловой Л.А.

подсудимого Матвеева Д.В.

Адвокат МКА Закон

В.Я. Степанова

21 декабря 2009 года.

Михайловой Л.А.

Подсудимого Матвеева Д.В.

На основании изложенного, руководствуясь п.п. 4 и 5 ч. 4 ст. 47 УПК РФ, прощу суд удовлетворить мое ходатайство.

Приложение:

Подсудимый                                                                                        Матвеев Д.В.

«_____» декабря 2009 года

Михайловой Л.А.

Подсудимого Матвеева Д.В.

3. Преподаватель физики А.Шот пишет: «Он (Тимур) внимателен и принимает участие в обсуждениях в классе, в т.ч. выступает с презентациями», что опровергает показания обвинения о том, что Тимур был лишен возможности заниматься с компьютером, работать в интернете, читать внеклассную литературу не религиозного характера. То что Тимур внимателен, говорит о его внутреннем комфорте и спокойствии, его мысли не заняты ни какими проблемами в т.ч., якобы, физическим и психологическим давлением со стороны отчима, значит этих проблем просто НЕТ!

4. Преподаватель испанского языка Л.Санта-Мария  пишет: «Тимур обладает хорошими навыками разговорного общения в рамках изученных тем. ...Его домашние задания всегда хорошо сделаны». Что говорит о том, что для Тимура на протяжении 2007 — 2008 годов были созданны все условия для внеклассной работы дома. Т.е. была возможность работы с компьютером, интернетом, развивающей литературой.

6. Преподаватель русского языка О.Данилина пишет: «В группе он (Тимур) один из наиболее активных учеников, обладающий критическим мышлением и имеющий личный подход к работе с литературными произведениями. Тимур умеет выражать свои мысли, как в письменной, так и в устной форме», то, что Тимур имеет личный подход говорит о том что он умеет отстаивать свое мнение, т.е. эта способность отстаивать свое мнение у Тимура ни отсутствует, ни атрофировалась, ни искоренена, как пытается доказать сторона обвинения, когда вводит всех нас в заблуждение, говоря о том, что воля Тимура была, якобы, подавлена.

7. Преподаватель истории А.Уивер пишет: «Он (Тимур) регулярно принимает конструктивное участие в обсуждениях в классе. Тимур с энтузиазмом относится к изучению истории», всё это свидетельствует об открытом, естественном поведении Тимура.

Газизуллин Ф.Р.: «..Вот, например, вот мы были в Испании в прошлом году. Вот, представьте себе, выходят дети, сам такой, они такие подтянутые, спортсмены, вот так вот они идут, в машину садятся, потом на машине едут к нам, у нас там проведут сутки, приезжаем домой, они идут опять. Загнанные, запуганные дети, запуганные. Вот так он запугал их смертельным образом. Как, я думаю, запугал и свою супругу.

10. Преподаватель информационных технологий Д. Бейли пишет: «Его (Тимура) умение решать задачи, а также скорость печати продолжают улучшаться...» что подтверждает показания защиты о том, что Тимуру были предоставлены все условия для занятий дома, в том числе и на компьютере, иначе его скорость печати на компьютере не увеличивалась бы.

11. Преподаватель физкультуры С.Саундерс пишет: «В этом году Тимур занимался множеством различных видов спорта, включая гимнастику, футбол, баскетбол, регби, хоккей, волейбол ,... проявив значительное усердие и продемонстрировав хороший уровень способностей», это говорит о том, что Тимур с удовольствием посещает частые занятия физкультурой, на которых, однозначно, имели место  переодевания, в непосредственной близости от других подростков.   Соответственно, это опровергает показания Газизуллина Тимура о следах и повреждениях на его теле.

12. Итог всем выссказываниям подводит  классный руководитель Г.Митчард: «Тимур очень активный ученик группы. ...Я, безусловно понимаю, что причиной этому являются его (Тимура) внешкольные занятия»,

из чего следует, что Тимур с удовольствием, при полной поддержке в семье Матвеевых,  с января по июль 2008 года учился с радостью, весело общался с одноклассниками, много читал дома, занимался на компьютере, проявлял положительные эмоции в отношении с педагогами и друзьями,  а Матвеев Д.В., выполняющий обязанности отца Тимура, всячески способствовал комплексному и гармоничному развитию пасынка. Из комментария классного руководителя, как эксперта в области педагогики видно, что Тимуру дома были созданы все необходимые условия, как моральные и нравственные, так и материальные для полноценного совершенствования себя.

При более детальном прочтении данного документа видно, что почти все преподаватели Тимура говорят о том, что Тимур готовится получать Международный Аттестаат о Среднем Образовании, которы необходим для поступления в западноевропейские ВУЗы, что говорит о том, что родители Тимура, в т.ч. и Матвеев Д.В. не препятствовали получению, в своё время, образования Тимуром за границей.

Особенно хочется отметить, что данные экспертные заключения большого коллектива педагогов полностью опровергают имеющийся в уголовном деле «документ» подписанный одним единственным педагогом-психологом Йошпой Н.А. из Красносельского Соц-реабилитац. Центра, без даты, из которого следует: «...Тимур в поведении выражает тревогу и эмоциональную подавленность, которые усугублялись при разговоре на травмирующие темы, ...психологическое состояние на момент обследования — подавленное, тревожное..». Что в свою очередь, подтверждает показания свидетелей защиты о том предположении, что подавленное состояние Тимура после его ухода из семьи Матвеевых связано с тем, что он осознал негативность своего поступка, как то уход из дома и оговор Матвеева Д.В.

На основании изложенного, руководствуясь п.п. 4 и 5 ч. 4 ст. 47 УПК РФ, прощу суд удовлетворить мое ходатайство.

Приложение: Заверенный перевод данных документов.

Подсудимый

Матвеев Д.В.

«_____» декабря 2009 года

Михайловой Л.А.

Подсудимого Матвеева Д.В.

3.         21.10.07  врач Ермоленко Е.Ю. Пишет: «Кожный покров -

норма. Посещение с Мамой».

4.         22.10.07  врач Зайцева Е.Н. Пишет: « Посещение с Мамой, занимается (Тимур) футболом, кожные покровы — норма».

5.         22.10.07  врач Ерёмина С.С. Пишет: «посещение с Мамой, кожные покровы чистые».

6.         22.10.07  врач Цибульник К.В. Пишет: «Кожа чистая».

7.         23.10.07  врач педиатр Басова О.В. Пишет: «Оформлена справка в спорт. школу (футбол); кожа чистая».

8.         25.10.07  врач Михалёва А.В. Пишет: «...(Тимур) занимается футболом, плаванием».

9.         24.12.07  врач Рефлексотерапевт пишет: «...(Тимур пришёл) самостоятельно. При осмотре, кожные покровы — чистые».

10.       25.12.07  врач Рефлексотерапевт Щерба пишет: «...кожные покровы — чистые».

11.       26.12.07  врач Михалёва А.В. Пишет: «... (назначение) ЛФК, активен, внимателен, занимается с удовольствием».

Все данные записи сделаны в период времени, интересующий суд, для установления истины. Из вышеупомянутых документов следует, что в семье Матвеевых о Тимуре проявляли заботу, беспокоились о его здоровье, регулярно посещая врачей и проходя диспансеризацию.

Газизуллин Ф.Р.: Самое-то обидное, что я уже уйду из жизни, а у них с мамой все наладится. Может, самое  обидное, что и с вами Дмитрий уладится.

На основании изложенного, руководствуясь п.п. 4 и 5 ч. 4 ст. 47 УПК РФ, прощу суд удовлетворить мое ходатайство.

Приложение:

Подсудимый                                                                          Матвеев Д.В.

г. Москвы

Михайловой Л.А.

от Подсудимого Матвеева Д.В.

ХОДАТАЙСТВО № 17

Прошу суд приобщить к материалам уголовного дела по обвинению меня в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 2 ст. 117 УК РФ,

1. Акт обследования жилищно-бытовых условий в квартире, расположенной по адресу: г.Москва, ул. Вересаева, д.6, кв.77, от 08 апреля 2008 года, утверждённый и.о. Руководителя муниципалитета «Можайское».

2. Заключение о целесообразности удочерения Матвеевым Д.В., от 09 апреля 2008 г., № 11-у, подписанный и.о. Руководителя муниципалитета «Можайское».

3. Акт обследования жилищно-бытовых условий проживания семьи Матвеевой Эльмиры Фаритовны проведенного сотрудниками Управления опеки и попечительства Минобразования МО, отдела защиты прав несовершеннолетних Минобразования МО, представителя Уполномоченного по правам человека в МО и отдела защиты прав детей Уполномоченного по правам человека.

4. Письмо от Уполномоченного по правам человека в адрес Матвеевой Э.Ф.

А. Первый из вышеназванных актов составлен в период времени, когда Газизуллин Тимур проживал в семье Матвеевых — апрель 2008 года, именно в квартире на ул. Вересаева.  После проведения всесторонней проверки комиссия делает вывод, что в указанной квартире имеются все условия для проживания несовершеннолетних детей.

Б. В Заключении о целесообразности удочерения Матвеевым Д.В. несовершеннолетней Марии говорится о том, что Матвеев Д.В. по месту регистрации характеризуется положительно, имеет высокий стабильный доход, в равной степени  с матерью несовершеннолетних детей выполняет все обязанности по воспитанию и содержанию детей.

В. Во втором Акте проведено комплексное обследование жилищно-бытовых условий проживания семьи Матвеевых, уже после ухода Газизуллина Тимура из семьи. Из материалов проверки видно, что детям по-прежнему создаются максимально-благоприятные условия воспитания и проживания в семье Матвеевых, как до ухода Тимура, так и после ухода его из семьи.

В коттедже есть  спортивный зал для детей, детский тренажёрный комплекс, большая библиотека, домашний кинотеатр, много цветов, детских фотографий, чистота и порядок.

Все лестницы и помещения построены с соблюдением техники безопасности для детей. В детских комнатах шкафы с книгами, много игрушек, столы для занятий детей, детские гардеробные.

Удобный и понятный для детей распорядок дня, продуманное полноценное питание, ежедневная утренняя зарядка, плавание, медицинское обслуживание на дому – всё это забота родителей о здоровье детей.

Комиссией были проведены многочисленные разговоры и беседы со всеми несовершеннолетними детьми семьи Матвеевых. Из разговоров удалось выяснить, что дети чувствуют себя комфортно, посещают многочисленные спортивные секции, кружки, много путешествуют с родителями, часто посещают культурно-массовые мероприятия, дети занимаются народным творчеством,своим досугом дети очень довольны.

Газизуллин Амир в своих беседах пояснил, что Тимур ушёл из семьи, т.к.   всегда хотел учиться за границей и иметь имущество, которое ему обещал дедушка Газизуллин Фарит Рафикович. Так же, Амир пояснил, что детей в семье, в т.ч. Тимура, физически Матвеев Д.В.  не наказывал, Амир обстоятельно говорит, что очень переживает за старшего брата Тимура, говорит, что его (Амира) никто не обижает, мальчик раскован, самостоятелен в своих суждениях, имеет собственное мнение.

Выводы уполномоченной  государственной комиссии однозначны:

- Матвеевы Д.В. и Э.Ф. добросовестно выполняют свои родительские обязанности, занимаются воспитанием и содержанием детей, заботятся об их полноценном образовании, уделяют особое внимание состоянию здоровья детей, оздоровительному отдыху, создают для них необходимые условия для всестороннего развития.

В семье создана доброжелательная, доверительная атмосфера, полное взаимопонимание, тёплые отношения. Дети очень привязаны к отцу и матери. В семье всё основано на любви и уважении.

Всё о чём написано в Акте опровергает показания свидетеля Газизулина Фарита Рафиковича, имеющие признаки оговора и лжесвидетельствования.

Выписка из  стенограммы суда 04.09.09.:

Газизуллин Ф.Р.: «..Вот, например, вот мы были в Испании в прошлом году. Вот, представьте себе, выходят дети, сам такой, они такие подтянутые, спортсмены, вот так вот они идут, в машину садятся, потом на машине едут к нам, у нас там проведут сутки, приезжаем домой, они идут опять. Загнанные, запуганные дети, запуганные. Вот так он запугал их смертельным образом. Как, я думаю, запугал и свою супругу.

Гос.обвинитель: А как Тимур называл Матвеева?

Газизуллин Ф.Р.: Матвеева? Дима. Иногда папа Дима. Младший папой называл. Ну, потому что там надо знать еще и маму, она очень по характеру властная женщина, и она их, конечно, что называется, своя система воспитания. А Дмитрий Викторович, он совершенно посторонний чужой человек им. Я вам еще раз говорю, когда он издевался над ними, это был посторонний человек, он даже не женат был на Эльмире Фаритовне, потому что, я думаю, тоже все не случайно, потому что Газизуллина Эльмира Фаритовна очень здорово звучит. Куда ни придешь, Газизуллина Эльмира Фаритовна. Это звучит. А сейчас уже необходимости нет, потому что я уже не министр, пост такой не занимаю, притупляется уже, теперь уже можно Матвеевой Эльмирой Фаритовной называться. Ну, это ее личное дело...»

На основании изложенного, прошу суд приобщить вышеуказанные документы к материалам уголовного дела  № 255375.

Матвеев Д.В.

25  декабря 2009 года.

суда г. Москвы

Михайловой Л.А.

от Подсудимого Матвеева Д.В.

Х О Д А Т А Й С Т В О

Уважаемая Лариса Александровна!

В Вашем производстве находится уголовное дело по обвинению Матвеева Д.В. в совершении уголовного преступления.

В соответствии с ч. 6 и 7 ст. 259 УПК РФ «протокол в ходе судебного заседания может изготавливаться по частям, которые, как и протокол в целом, подписываются председательствующим и секретарём. По ходатайству сторон им может быть предоставлена возможность ознакомиться с частями протокола по мере их изготовления».

В связи с этим убедительно прошу Вас предоставить мне возможность ознакомиться с частью или частями протокола судебного заседания, т.к. это вызвано особенностью моего здоровья и физического состояния, а именно:

1. Заключение врачебной (клинико-экспертной) комиссии № 94 от 26.11.09 говорит о том, что в связи с ограничением движений в поясничном отделе позвоночника, невозможностью длительного пребывания в статичных позах, во избежании нанесения сознательного вреда моему здоровью, рекомендовано  нахождение в сидячем положении не более 4-х часов в течении одного дня. Т.е. если протокол судебного заседания не будет мне предоставлен для ознакомления частями, а будет выдан для ознакомления полностью, единовременно, по окончании судебного заседания, то в силу состояния моего здоровья, с учетом четырёх часов работы в день с данным документом, прцесс ознакомления и внесения замечаний на протокол может растянуться на длительное время.

2. В силу естественного для человеческой памяти процесса забывания, как я, так и иные участники процесса, а также суд на момент составления замечаний на протокол судебного заседания и их рассмотрения, если подача таковых потребуется, не смогут правильно вспомнить юридически значимые обстоятельства, важные для правильного восприятия, изложения, анализа, оценки представленных доказательств.

Таким образом, ознакомление меня с частями протокола судебного заседания, в разумный срок, отвечает интересам правосудия.

Заранее Вам признателен.

«_____» декабря 2009 г.                Подсудимый                           Матвеев Д.В.

дел РФ, ГСУ, ГУВД г.Москвы

копии:

Генеральная прокуратура РФ

Прокуратура г.Москвы

Прокуратура ЗАО г.Москвы

от Матвеевой Э.Ф. (Газизуллиной)

проживающей по адресу:

г. Москва ул.

Вересаева д.6, кв. 77,

Адрес для корреспонденции:

ЖАЛОБА

На необоснованность и необъективность расследования дела № 255375 старшим следователем по особо важным делам 3 отдела СЧ СУ при УВД по ЗАО г. Москвы МАКСЯШИНЫМ А.А.

В производстве старшего следователя по особо-важным делам 3 отдела СЧ СУ при УВД по ЗАО г.Москвы Максяшина А.А. находится уголовное дело № 255375 по заявлению Газизуллина Р.Ф. от 18.02.09 о систематическом причинении несовершеннолетнему Газизуллину Тимура физических и нравственных страданий со стороны Матвеева Д.В.

В настоящее время Матвеев Д.В. допрошен по указанному делу в качестве подозреваемого, также проведено обследование психологического состояния Газизуллина Тимура.

Газизуллин Тимур является моим родным старшим сыном от первого брака. Заявитель Газизуллин Р.Ф. - его отец, состоял со мной в браке. Матвеев Д.В. - мой настоящий супруг  и отчим Газизуллина Тимура на протяжении восьми лет. С нами так же проживают дети:

Газизуллин Амир - 1999 г.р. (9 лет)

Матвеев Аркадий -  2005 г.р. (4 года)

Матвеева Мария -   2006 г.р. (2,5 года), которая была нами удочерена в 2007 году.

1. Газизулин Р.Ф. оставил нашу семью и перестал заботиться как отец о Тимуре и Амире с 2002 года. Когда Кунцевским районным судом был расторгнут брак между нами.

В это время Тимуру было семь лет. Мальчик очень болезненно переживал наш развод в последствии стал считать появление отчима — Матвеева Д.В. причиной распада семьи. Я и Матвеев Д.В. познакомились через полгода после моего развода с Газизуллиным Р.Ф.

Именно с того момента , когда родной отец бросил семью, Тимур стал беспокойным, болезненным, психически неуравновешенным ребёнком. Врачи, к которым я обращалась за медицинской помощью, отмечали некоторые отклонения в психическом состоянии Тимура, однако, считали, что всё нормализуется после его адаптации к создавшейся ситуации.

24.02.09 было произведено обследование психологического состояния  Тимура. То есть  с момента моего развода с его родным отцом прошло уже восемь лет. И, благодаря вниманию и заботе,  оказываемыми отчимом Матвеевым Д.В. моим детям за все годы совместного с нами проживания, состояние Тимура в момент проведения обследования значительно лучше, чем то, каково оно было на момент ухода его родного отца — Газизуллина Р.Ф. из семьи. Поскольку, в тот момент, никакого обследования физического и морального состояния моего и Тимура, не проводилось, и тем более оно НЕ ВОЛНОВАЛО Газизуллина Р.Ф., так как он был слишком занят своей личной жизнью. На основании изложенного считаю, что  ни следственные органы, ни органы опеки и попечительства не могут объективно сделать верные выводы о причинах, повлекших такое психологическое состояние Тимура. Также считаю, что выводы данного обследования являются необъективными  и носят заказной характер в пользу Газизуллина Р.Ф., целью которого является отобрать у меня моих сыновей.

2. Матвеев Д.В. имеет высшее образование, человек интеллигентной профессии, никогда ни в чём противоправном замечен не был, не имеет вредных привычек, человек глубоковерующий. Как муж и отец с большой ответственностью относится к семье в целом и к детям в частности. К моим детям от первого брака проявляет массу добрых чувств, уделяет им, равно как и всем нашим детям, много внимания и окружает их отцовской заботой. Учитывая при этом болезненное восприятие детьми развода родителей.

Замечания  Тимуру имели место исключительно в воспитательных целях. За семь с лишним лет совместного проживания Тимур был наказан только мною, как матерью 2-3 раза, причины были весьма веские, а именно: оскорбительное отношение ко мне и к младшим детям, надменное и пренебрежительное отношение к людям, которые нас окружают, просмотр в интернете непристойностей, что и приводится заявителем Газизуллиным Р.Ф., как основание к уголовному преследованию Матвеева Д.В.

Считаю, что данные факты и действия не могут расцениваться как состав преступления, предусмотренные ч.2 ст. 117 УК РФ, т.к. в данном случае отсутствует как объективная, так и субъективная стороны указанного преступления.

3. По делу, изначально, не было, нет и не существует каких-либо объективных данных или доказательств таких противоправных действий  как истязания, побои, систематическое причинение физических и нравственных страданий, таких, например как медицинское освидетельствование.

Хочу отметить, что Тимур учится в Британской международной школе (образовательное учреждение). Это школа английского типа, где система образования и воспитания  построена по системе принятой в Англии. По правилам и канонам этого учреждения, в случае, если педагогический состав только заподозрит, что ребёнок подвергается каким-либо насильственным действиям с чьей-либо стороны, следует сообщение об этом в соответствующие органы и принимаются срочные меры по защите прав и интересов учащегося.

За восемь лет обучения Тимур никогда не только не являлся с какими-либо видимыми повреждениями, не жаловался на что-либо, но и не говорил, что его кто-либо обижает.

4. В 2007 году мною и моим мужем — Матвеевым Д.В. была удочерена девочка, ставшая Матвеевой Марией Дмитриевной. Процедура удочерения была весьма кропотливой и ответственной. Досконально проверялись все необходимые документы, тщательно проверялись все обстоятельства проживания  нашей семьи, в том числе проводились неоднократные беседы, изучалась и моральная обстановка в семье, органы опеки исследовали условия проживания, беседовали с детьми, давали заключения. Если бы подтвердились хоть какие-то домыслы из указанных в заявлении Газизуллина Р.Ф., мы никогда не получили бы разрешительных документов.

С уверенностью заявляю, что выводы следствия основаны исключительно на домыслах и на неправомерных указаниях имеющих  заказной характер.

5. В настоящее время между мной и бывшим супругом — Газизуллиным Р.Ф. и его родственниками сложились весьма неоднозначные отношения. В настоящее время в производстве различных судебных инстанций находится три спорных дела. Газизуллины имеют обширные связи и весьма значительное влияние, в том числе, и на разных уровнях МВД РФ, что мне было известно и ранее. Однако, по настоящему уголовному делу, явно прослеживается заинтересованность в исходе расследования, т.к. весьма сомнителен сам факт возбуждения уголовного дела. Кроме того, следователь — Максяшин А.А. к данному уголовному делу имеет предвзятое отношение и обвинительный уклон, высказываясь открыто о том, что у него есть указание передать дело в суд, и в любом случае это произойдёт.

Таким образом, все вышеуказанные доводы органами предварительного следствия не учитываются, дело имеет явно заказной характер, расследуется однобоко, незаконно и необъективно.

На основании вышеизложенного. В целях полного, объективного расследования по уголовному делу № 255375 и принятия законного, обоснованного решения

ПРОШУ:

а) истребовать материалы указанного уголовного дела и принять его к своему производству;

б) принять необходимые меры процессуального характера, для объективного расследования дела.

в) привлечь к ответственности старшего следователя по особо важным делам 3 отдела СЧ СУ при УВД по ЗАО г. Москвы МАКСЯШИНА А.А. за необъективное расследование данного дела.

15апреля2009 года Матвеева Э.Ф.

Копия:

Начальнику следственного комитета Генеральной прокуратуры РФ

_______________________________________________________

от Матвеевой Э.Ф. (Газизуллиной) прож. ул. Вересаева д.6, кв. 77

Сложившиеся обстоятельства вынуждают меня обратиться к Вам в связи с готовящейся расправой над нашей семьей, по надуманному заявлению моего бывшего мужа, Газизуллина Р.Ф., с которым я прожила  в законном браке с 1993 по 2001 гг.  и имею от этого брака двух детей – Тимура  и Амира, соответственно 1994 и 1999 гг. рождения.

В  2001 г. по причине «мнимых командировок» Газизуллина Р.Ф., а на самом деле проведения  времени на съемной квартире с девицами легкого поведения,  я приняла решение о разводе, т.к. мой бывший супруг отказался от моего предложения поменять образ жизни «гостевого мужа» на  нормальную семейную жизнь и заняться воспитанием  детей.

Развод очень сильно отразился на моем душевном покое и морально – психологическом состоянии. Однако наиболее заметно последствия развода  отразились на несформировавшейся психике моего старшего сына Тимура, которому к моменту развода исполнилось  лишь 7 лет. Тимур очень сильно переживал о случившемся разводе и  постоянно нелицеприятно отзывался об отце, который бросил семью.  Компенсацию в «отцовском воспитании» Тимур стал получать от своего дедушки – Газизуллина Ф.Р., который, естественно, не мог заменить  ему отца по причине постоянной занятости на государственной службе на должности министра имущественных отношений РФ,  а затем члена Совета директоров ОАО «Газпром», однако  преуспел в создании для Тимура атмосферы вседозволенности.

Следует отметить, что в 2002 году мой бывший супруг Ринат - отец Тимура и Амира вторично женился и  имеет от второго брака 3-их детей.   Поэтому, человек, который и во время нашего брака не занимался детьми,  никакого участия в воспитании наших детей не принимал и впоследствии, после расторжения брака. Его «воспитание» ограничивалось эпизодическими встречами  с детьми в доме своего отца – Газизуллина Ф.Р.

После развода я не претендовала на свою долю имущества,   совместно нажитого  во время брака с Газизуллиным Р.Ф., т.к. неоднократно обвинялась Газизуллиными в том, что мой брак основан на меркантильных интересах, а также в получении алиментов на содержание детей.

В 2002 году я вторично вышла замуж.  Матвеев Д.В.стал для моих детей настоящим отцом, а для меня надежной опорой в жизни. Он уделяет много внимания детям, постоянно занимается их воспитанием и развитием. От второго брака  в 2005 г. в нашей семье родился сын Аркадий, а в 2007 г. мы удочерили воспитанницу детского дома Машеньку 2006 года рождения.

Эти обстоятельства не могли не отразиться на отношениях Тимура с отчимом Матвеевым Д.В.  Тимур, продолжавший получать внушение от дедушки, что он «самый – самый» решил, что мы с отчимом слишком много внимания  уделяем младшим детям и не уделяем должного внимания, заботы и любви  ему. Кроме того, несмотря на наличии нянек, Тимур с братом Амиром в воспитательных целях постоянно привлекались к помощи по уходу  за младшими детьми и выполнению мелких обязанностей: убраться за собой в комнате, сходить за хлебом и т.д. Отношения Тимура с отчимом  усугубились  принятием всей нашей семьей в 2005 году христианской веры. Одновременно с нами приняла христианскую веру и моя сестра Луиза 1983 года рождения.

Мои родители -  Галиуллины Фарит Сунгатуллович и Надия Мухамедгареевна, а также родители моего первого мужа – Газизуллины Фарит Рафикович и Татьяна Усмановна восприняли принятие  христианства в нашей семье крайне отрицательно. Со временем, мои родители проявили толерантность к принятию нашей семьей христианства, а отношения с Газизуллиными на религиозной почве изо дня в день стали ухудшаться.   Фарит Рафикович решил отлучить от нашей семьи, а заодно и от церкви  моих детей Тимура и Амира. Для начала в глазах Тимура стал рисоваться образ нехорошего отчима и мамы, которая ради нового мужа перестала любить Тимура и Амира. В конце – концов,  в ноябре месяце 2008 года Тимур в очередной раз уехал на выходные к Газизуллиным и не вернулся домой.  Затем, для достижения целей отлучения моих детей от семьи, отец Тимура и Амира пишет заявление в органы МВД на «якобы» систематические моральные и физические издевательства к Тимуру со стороны отчима, что послужило основанием для возбуждения в отношении Матвеева Д.В. уголовного дела.

Я понимаю привязанность старших Газизуллиных к моим детям Тимуру и Амиру. В расчете на них строится дальнейшая жизнь Газизуллиных в старости. Для этого детям обещено материальное благосостояние, проживание за  рубежом, учеба в престижных институтах и т.д. Однако попытка лишения моих детей родительской опеки по религиозным основаниям, а на самом деле для удовлетворения семейных потребностей старших Газизуллиных, не может стать панацеей решения их проблем за счет семейного благополучия нашей семьи. К тому же следует учитывать, что Россия многонациональное государство, в соответствии с этим и  религия в нашем государстве многоконфессиональна, а Конституция РФ гарантирует свободу совести.

В настоящее время государство уделяет много внимания охране материнства, улучшению семейного воспитания детей и демографического положения в России. Неужели административный ресурс и «телефонное право», привлеченные уважаемым Газизуллиным Ф.Р. для решения собственных проблем, а не заботой о воспитании детей, смогут разрушить покой нашей семьи, лишить детей теплоты домашнего уюта в составе полной семьи,  а также лишить их заботы и любви родителей. Сложившаяся обстановка травмирует психику детей, создает нервозную обстановку в семье, мешает нормальному их воспитанию. Поэтому прошу Вас оградить мою семью от посягательств на покой нашей семьи со стороны Газизуллиных и органов МВД, в действиях которых прослеживается определенный заказ. Основанием для такого решения  являются  заключение органов опеки и попечительства, а также  инспекции по  делам несовершеннолетних о хороших условиях для воспитания детей и нормального состояния морально – психологического климата в семье, которые, тем не менее, не стали основанием в отказе в возбуждении уголовного дела. Наоборот, дело было передано в следственное управление, с вытекающими отсюда последствиями.

Надеюсь, что после Вашего вмешательства гонения на нашу семью прекратятся, справедливость восторжествует и у меня не будет оснований искать правду у Президента РФ, в Государственной Думе, Общественной Палате или в Страсбургском Суде.

С уважением:                 Э.Ф. Матвеева (Газизуллина).